Война миров
Борьба английского и итальянского стиля закончилась. Победили оба
Франческо Паоло Тости, 1902

Фундаментом храма итальянского портновского искусства послужил один «импортный» английский пиджак. Возможно, даже не один – уж слишком часто эту историю пересказывают портные в разных регионах Италии. Говорят, этим самым пиджаком было изделие Henry Poole, присланное в город Ортона композитором Франческо Паоло Тости, клиентом Сэвил-роу. Тости посылал одежду итальянским портным на переделку, поскольку находился под влиянием стиля короля Эдуарда VII. Угнаться за законодателем мод было непросто: приходилось то зауживать рукава, то удлинять брюки. Эту работу для Тости выполнял молодой портной Доменико Карачени.

В 1910-е английский костюм был еще более строгим, жестким и плотным, чем сегодня. Карачени «расчленял» пиджак и собирал его заново, чтобы изучить внутреннее устройство всех слоев. Он постигал приемы и секреты английского кроя и совмещал их с техниками шитья, типичными для Абруццо и Рима.

Гальяно, сын Доменико Карачени, в костюмах Caraceni смотрелся идеально

Итальянские исследователи истории мужского костюма признают первенство англичан в том, что касается вкуса, выбора тканей и кроя, но настаивают, что качество ручной работы на Апеннинах было выше. Портные в Абруццо обшивали бедняков, для которых главным был вопрос не соответствия моде, а долговечности. В ход шли грубые материалы, но одежда содержала немыслимое количество ручных стежков (пиджак могли собирать вручную неделями), а когда лицевая сторона начинала лосниться от носки, вещи часто распарывали и перелицовывали.

Итальянцы признавали первенство англичан в том, что касается вкуса, выбора тканей и кроя

Изучив внутреннюю конструкцию пиджака, Карачени нашел способ сделать его, по признанию современников, легким, «как носовой платок». Он был уверен, что изобрел нечто новое, и запатентовал свой метод. В период между двумя войнами он переехал в Рим, стал одним из самых известных портных города и открыл филиалы в Неаполе, Милане и Париже. Помимо внушительного списка итальянских клиентов, он также шил костюмы для английского короля Георга V и принца Уэльского (Эдуарда VIII).

Гэри Купер на примерке в ателье Caraceni

Примерно в то же время Винченцо Аттолини работал над своим вариантом облегченного пиджака. Он был главным закройщиком неаполитанского ателье London House, основанного торговцем шелком Дженнаро Рубиначчи в 1932 году. Сам Дженнаро никогда не бывал в Британии, но был англофилом. Неаполитанские аристократы в те годы одевались как истинные британцы. Некоторые даже посылали гладить свои сорочки в Англию. Однако при всей любви Рубиначчи к твидам и фланели, жаркий климат стал первопричиной создания облегченного пиджака. Массимилиано, нынешний владелец семейного дела Аттолини, уверяет, что у деда ушло 10–15 лет, чтобы добиться результата, и все же до 1960-х его стиль считался несколько авангардным. Признание пришло, когда Витторио де Сика и Кларк Гейбл сделали заказы у Аттолини, а на Капри Герцог Виндзорский поинтересовался у прохожего, кто пошил ему чудесный легкий пиджак.

Первопричиной создания облегченного пиджака стал жаркий климат

В 30-е годы в Неаполе также работала мастерская Анджело Блази. И его вещи, пожалуй, наиболее близки к английскому силуэту. Они не были похожи на свободные пиджаки Аттолини – у них был гораздо более жесткий бортовой пакет. По словам неаполитанского портного Бьяджо Маццукколо, пиджак Блази мог быть почти на два дюйма у́же в плечах, чем пиджаки Аттолини того же размера. Аттолини в свою очередь позаимствовал ряд идей у английского мастера Шолте, научившего портных Anderson & Sheppard «драпированному крою», – у неаполитанского пиджака по сей день напоминающее A&S покатое плечо, бывает и фалда между грудью и проймой.

На фабрике Cesare Attolini

Ученик Блази Паскуале Сабино уверяет, что после войны исхудавшие от голода люди хотели выглядеть более здоровыми и заказывали пиджаки в английском стиле – с массивной бортовой прокладкой на груди, но, поправившись, вернулись к облегченной конструкции. Это уже позже пиджаки в английском духе начали называть «крабьими панцирями», и в Неаполе их вытеснил мягкий крой. Итальянцы объясняли свою победу над англичанами так: «Классовая система себя изжила, теперь людям не надо менять костюмы трижды в день или носить смокинги. Им нужен комфортный легкий костюм, который можно носить круглосуточно».

Итальянский патриарx Stile Inglese Лучано Барбера

«Итальянский английский» стиль – это не только технология. Костюм не обязан быть скульптурным и многослойным. К «англицизмам» относятся тонкие детали вплоть до общей длины изделия, а также рисунков тканей и манеры их сочетания. Один из тех, кто преуспел в стилизации лучше остальных, – Лучано Барбера (производитель текстиля под маркой Carlo Barbera, которая была выкуплена Kiton в 2010-м). Этот патриарх Stile Inglese, которому сегодня почти 80, облегчал и утончал ткани, сохраняя в них английский дух – клетку «оконная рама», горчичный цвет или малозаметные яркие прожилки рисунков. Объединяет все эти вещи главное – они не бывают кричащими. В последующие годы «британское вторжение» начало ощущаться и в тканях других итальянских производителей, которые чаще стали делать шерсть и кашемир в английскую клетку – от популярного и без того «принца Уэльского» до менее очевидной ломаной (houndstooth) и охотничьей клетки (gun club check).

Сегодня ни итальянцы, ни англичане почти не говорят: «Наш стиль – единственно правильный». Стиль мигрирует вместе с людьми, имеющими возможность путешествовать: из лондонского Мэйфейра за рубашками летают в Неаполь, а из неаполитанской Кьяйи – за костюмом на Сэвил-Роу. Священная война будто бы закончилась победой Инстаграма, где стили всего мира слились в единый поток фотографий. Но, к счастью, это не лишило региональные изделия своего колорита.

А ты уже подписался на The Rake? В нашей рассылке — лучшие материалы сайта, актуальные новости и эксклюзивные предложения для подписчиков.