Во всем блеске
На многолюдной Пикадилли у витрины Bentley & Skinner юные девицы вздыхают при виде тиар и жемчужных ожерелий, а мужчины рассматривают галстучные булавки, запонки и… броши

Когда нынешний владелец бизнеса Марк Эванс в 1973 году начал помогать своему дяде в магазине Bentley & Co. на Нью-Бонд-стрит (слияние с ювелирами Skinner & Co. произошло в 1998 году, а переезд на Пикадилли — в 2010), в Мейфэре еще можно было увидеть мужчин в котелках и с красной гвоздикой в петлице. Сегодня место в петлице вакантно — цветок в ней может показаться верхом эксцентрики, а вот усыпанная бриллиантами булавка или даже брошь — уже нет.
«Появился новый тип мужчин, которые интересуются ювелирными изделиями и покупают их для себя. Если раньше это были простые вещи вроде запонок, кольца-печатки и, в крайнем случае, — жемчужной галстучной булавки, то сегодня это могут быть бриллианты, цветные камни, даже женские броши. Они замечают их на красной дорожке — на поп и рок-звездах, футболистах, киноактерах. Хотя, конечно, для того, чтобы носить заметное украшение, нужно иметь яркий характер», — рассказывает менеджер бутика Омар Ваджа. Несомненно, он сам — пример такого характера, на его лацкане красуется затейливая ювелирная брошь. — «У меня около 40‑50 таких вещиц, но, поверьте, я не одинок в этом своем интересе».

В Bentley & Skinner Омар пришел 25 лет назад, оставив карьеру в банке, и он явно на своем месте. Об украшениях он рассказывает с таким артистизмом, что кажется, он запросто мог бы продать бриллианты самой вдовствующей графине Грэнтем. Не без иронии Омар замечает: «Я не имею права приобретать предметы для компании. Дело в том, что это моя страсть, а со страстью ты можешь покупать только для себя. Важный урок, который я усвоил, — вы не можете одновременно быть продавцом и коллекционером». Однако коллекционерам Омар мог бы многое посоветовать. Например, женщинам — покупать украшения, которые будут сопровождать их всю жизнь, ведь многое из того, что сегодня сверкает в витринах на Нью-Бонд-стрит, завтра выйдет из моды. «За эти деньги можно найти что‑то более классическое, что вы сможете надеть даже на 90‑летие и будете выглядеть отлично».

Но чаще в Bentley & Skinner покупают мужчины, и нередко для себя. Один клиент собирает запонки — у него более ста пар, и это выдающаяся коллекция. А другой охотится за брошами — причем, чем они крупнее и ярче, тем лучше — ювелирные марки и чистота камней для него не имеют значения. Инталиями и камеями интересуются американцы. Стали появляться китайцы и индийцы. А русские? «Не так много», — сетует владелец Марк Эванс, несмотря на то, что у него в магазине отличный выбор изделий Фаберже. — «У нас был очень хороший клиент, который составлял 99 % наших продаж русским. К сожалению, он умер. Или его убили, лет 5‑6 назад». Зато сюда часто заглядывают арабы — за мужскими кольцами с яркими камнями. Но они не покупают старые украшения, поскольку верят, что те хранят энергию прежнего владельца. Для этого в Bentley & Skinner работает собственная ювелирная мастерская, которая готова исполнить любые заказы.

Ювелирная мастерская в бутике Bentley & Skinner

Пожалуй, самое известное творение мастерской — это инкрустированный 8601 бриллиантом человеческий череп — знаменитое произведение искусства «Ради любви к богу» Дэмиэна Херста. «Это был довольно необычный опыт. Покрыть камнями такую сложную и обширную поверхность непросто, мы работали с разными частями оправы, которые после были соединены. Но что интересно: мы видели череп практически каждый день в мастерской на протяжении двух лет, но когда он был впервые выставлен в галерее White Cube, воскликнули — мы действительно это сделали?! Надо признать, когда его забрали, мы почувствовали себя несколько осиротевшими», — вздыхает Омар Ваджа. 

Слепок настоящего черепа XVIII века был воспроизведен в платине и инкрустирован бриллиантами в мастерской Bentley & Skinner

Трудно поверить, что к такой вещи, как символ memento mori, пусть даже сплошь усыпанной бриллиантами, можно питать сентиментальную привязанность, но, видимо, коллекционерская страсть и любовь к редким вещам не угасла в Омаре за годы работы. «Больше всего я любил фигурку шимпанзе работы Фаберже. Каждое утро я его доставал из витрины, мне нравилось играть с ним. Когда его продали, я буквально плакал — я потерял друга, который был рядом восемь лет. Знаете, что удивительно в фигурках Фаберже? Они довольно тактильные, их невозможно выпустить из рук».

Никогда не знаешь, что и когда найдет своего покупателя. Омар вспоминает клиента, который в течение трех лет приходил в магазин и всегда смотрел одно и то же ожерелье. Он торговался и каждый раз обещал подумать. Однажды он взял день на раздумье, сказав, что назавтра вернется с окончательным решением. На следующий день он, наконец, появился со словами: «Я решил, покупаю». Время было около 11.00, магазин открылся в 10.00, а в 10.10 в него зашел случайный прохожий, который увидел это ожерелье и купил. Возможно, порой все же стоит давать волю страсти. Чаще всего то, что вы ищете, само находит вас в самом неожиданном месте и вовсе не бросается в глаза. Как говорят в Bentley & Skinner, «вещь должна говорить с вами». Нужно только услышать.

Драгоценности Bentley & Skinner в кино

Bentley & Skinner неоднократно предоставляли украшения для киносъемок, которые появлялись в таких лентах, как «Темные времена», «Алиса в Зазеркалье» и главное — сериал и вышедший недавно фильм «Аббатство Даунтон». Среди прочих украшений, в фильме снималась тиара, которую леди Мэри надела в день свадьбы. В магазине ее так и назвали — «тиара леди Мэри». Ее купили сразу после съемок, хотя и не по причине такого необычного провенанса. Зато на тиары в витрине Bentley & Skinner стали обращать внимание невесты всего мира. Тем более, что большинство тиар конца XIX — начала ХХ века — это разъемные украшения, которые также можно носить как ожерелья или броши.

Дэмиэн Херст в мастерской Bentley & Skinner

А ты уже подписался на The Rake? В нашей рассылке — лучшие материалы сайта, актуальные новости и эксклюзивные предложения для подписчиков.